результат голосования
«за» 20,
«против» 1
(итого «за»: 95.2% из 60%);
«воздержалось» 0
ваш голос
голосование завершено
Текст записи и подробности
Строительство дороги
- первый город: Октельстоун
- второй город: Нокт-Варен
- путь: dddldddddd
- l — лево
- r — право
- u — верх
- d — низ
Путь описывается строкой с направлениями движения по клеткам из начальной клетки в конечную (не включая).
Направления:
Запись в летописи о принятии количество символов: 1475
Гильдия старьёвщиков Октельстоуна, заслышав о падении вековых запретов в Нокт-Варене, снарядила малый отряд в туманные земли. Дварфы рассудили: если эльфы наконец открыли ворота, значит, оттуда можно вынести то, что веками лежало мёртвым грузом — древние клинки, утварь былых эпох, книги в кожаных переплётах, которым цены нет. И не просто вынести, а обменять на добротный ремесленный труд.
Когда отряд добрался до Нокт-Варена, их встретили настороженно, но без прежней враждебности. Эльфы, ещё не оправившиеся от голода и смуты, с удивлением смотрели на коренастых гостей, которые бережно перебирали груды хлама на задворках, ахая над каждой трещиной и обещая «вернуть вещичкам былой лоск». Старейшины Нокт-Варена, скрепя сердце, согласились на мену: реставрация фамильных реликвий в обмен на провиант и стройматериалы, которых у дварфов было вдоволь.
Но чтобы возить тяжёлые камни и хрупкие древности, нужна тропа покрепче звериной. Дварфы, недолго думая, взялись за кирки и лопаты вместе с теми эльфами, кто ещё держал топор. Так, меж туманных сопок и развалин старого эльфийского города, начала прорастать грунтовая дорога — кривая, но прямая, как дварфийское слово. Теперь старьёвщики могли наведываться в Нокт-Варен с телегами, а эльфы — вывозить на продажу то, что ещё вчера считалось никому не нужным хламом. И, говорят, в мастерских Октельстоуна уже засияли первыми отреставрированными гранями древние эльфийские самоцветы, которым позавидовал бы сам Эйрхавен.
Когда отряд добрался до Нокт-Варена, их встретили настороженно, но без прежней враждебности. Эльфы, ещё не оправившиеся от голода и смуты, с удивлением смотрели на коренастых гостей, которые бережно перебирали груды хлама на задворках, ахая над каждой трещиной и обещая «вернуть вещичкам былой лоск». Старейшины Нокт-Варена, скрепя сердце, согласились на мену: реставрация фамильных реликвий в обмен на провиант и стройматериалы, которых у дварфов было вдоволь.
Но чтобы возить тяжёлые камни и хрупкие древности, нужна тропа покрепче звериной. Дварфы, недолго думая, взялись за кирки и лопаты вместе с теми эльфами, кто ещё держал топор. Так, меж туманных сопок и развалин старого эльфийского города, начала прорастать грунтовая дорога — кривая, но прямая, как дварфийское слово. Теперь старьёвщики могли наведываться в Нокт-Варен с телегами, а эльфы — вывозить на продажу то, что ещё вчера считалось никому не нужным хламом. И, говорят, в мастерских Октельстоуна уже засияли первыми отреставрированными гранями древние эльфийские самоцветы, которым позавидовал бы сам Эйрхавен.